О жизни и смерти

Писал с листа. Сел и написал. Без редакций.... Так, по моему, интересней.

ОПТИМИЗМ

Как всегда по воскресеньям, мы с женой пошли к родителям. Зайдя во двор, я почувствовал - что-то не так…. Через несколько секунд я понял, нет черешни – дерева, которое, как мне кажется, росло во дворе всегда. Дерево от старости раскололось,  выгнило внутри и пришлось его срубить.

ххх

Враз нахлынули воспоминания детства! И то, как мы лазили по этому дереву и, то как бережно мы к нему относились, не давая обламывать на нём ветки. Да что там ветки!

Когда плоды созревали, мы аккуратно срывали их, стараясь не сорвать листочки. Летом, если стояла жара, мы вёдрами таскали из подвала воду и поливали «нашу ченчю». Сколько же смеха и веселья было! Понятно, что «политым» оказывалось не только дерево.

Весной, во время всеобщих «весенне-полевых» работ одна из основных наших задач – обкопать и распушить землю возле черешни. Двор наш был небольшой по количеству семей, да и жили мы на окраине города. Ребят было мало, поэтому жили дружно и весело.

Одно воспоминание цепляет другое. Вспомнились кучи угля, которые высыпали в отведённом для этого месте. Пока его не пересыпали в специальные ящики для угля, или не переносили в подвал, как же было весело кататься с горки, в которую на некоторое время превращалась эта куча! Помню, как я приходил домой после этих «катаний», а мать мыла меня и приговаривала: «Ты самый грязный ребёнок во дворе!», на что я отвечал: «Нет! Ванька из соседнего подъезда грязнее!» Конечно, углём уже давно не топят, газ проведён давно, когда я ещё в начальные классы ходил.

Ушли в далёкое прошлое кучи с углём, поля пшеницы, начинающиеся прямо за нашим садом, парк, который был расположен через дорогу, и где мы играли в «Красть знамя»……… И только черешня стояла во дворе, как символ безоблачного, весёлого детства. Если доводилось встречаться с ребятами из нашего двора, всегда разговор переходил к воспоминаниям детства и конечно к нашему дереву, с которым связано столько забавных и весёлых воспоминаний!

Теперь в прошлое ушло и оно…….

Я остро ощутил, что уже НИКОГДА не смогу сорвать ни одного плода с «Нашей ченчи»,  НИКОГДА не буду стоять в её тени.

Но она будет жить в наших воспоминаниях, объединяя нас общими воспоминаниями об озорном и весёлом детстве. Пока будет жив, хоть один из нас, кто помнит это дерево, будет живо и оно.

Время неумолимо…..  Его неумолимость замечаешь по новой морщинке на твоём лице, по седине, которая вдруг появилась в твоих волосах. В прошлое уходит всё больше, того, что для тебя дорого и что для тебя представляло ценность. Ты по старинке называешь улицу тем названием , к которому ты привык, хотя она давно переименована и большинство народу и не помнит старого названия……Ты помнишь многое, что постепенно становится только твоим воспоминанием, для большинства же оно не имеет никакого значения. Людей, которые могут сказать тебе: «А помнишь…..!» становится тоже всё меньше и меньше………. Многих из товарищей ты уже никогда не увидишь. Одни уехали далеко и навсегда, и с ними потеряна связь, другие…. Недавно, случайно, наткнулся в газете на сообщение о смерти друга детства. Думал, может однофамилец….. Нет! Оказалось он.

И чем больше таких воспоминание, которые замыкаются только на тебе и всё меньшего числа людей, тем острее ты осознаешь, что большая часть временного отрезка, именуемого «жизнь», ты уже прошёл и стрела времени неумолимо ведёт тебя к старости и смерти. Острота понимания этого усиливается, «исчезанием» вокруг тебя мира в котором ты жил и который был «твоим миром», исчезанием  символов, которые для тебя имели значение, смертью любимых и уважаемых тобою людей…….

ххх

Оглянувшись, я посмотрел на жену. Мы прожили достаточно долго вместе, что-бы  она поняла мои чувства, тем более, что жили мы по соседству и черешня была и для неё неким символом детства. Теплота её взгляда притупила хаос мыслей и чувств, возникших в моем сознании.

Улыбнувшись, она потянулась ко мне, взяла под руку и мы пошли дальше…..

..... И всяких уродах, которые воспользовавшись нашей наивностью, ведут нас на баррикады (Очень зол).....

Идёт война.

Победители известны. Роли распределены.

Наше IQ не превышает определённый уровень, после которого начинают думать.

Наше потомство проходит тщательный отбор. Большая часть становится биомассой.

Сотни тысячи тупых агрессивных, готовых по команде крушить и убивать. Некоторая часть обласкана, ей обещаны некоторые блага. Они нужны для работы. Для создания ещё более совершенных методов управления биомассой. Для того, что бы меньшинство продолжало утопать в роскоши.

Наиболее злостными нарушителями Правил и Законов являются те, кто придумывает и должен их блюсти. Копрофаги ведут смертельный бой за обладание всё больших куч дерьма. Инфузории завидуют амебам. Амёбы завидуют аскаридам, паразитирующим в наших телах.

Бунт неизбежен!  Пожиратели падали, повизгивая, в нетерпении переминают с ноги на ногу, в ожидании пира. Сотни тысяч, «выразителей недовольства» миллионов подготовлены. На всякий случай подготовлены сотни, которые пожертвуют собой «во имя и ради….». О них вспомнят. Их сделают героями. На их «героическом» примере будут воспитаны следующие несколько тысяч самоубийц.

Да здравствует воинственный нигилизм!

Победа будет за нами!

Мы воздвигнем на пьедестал новых идолов. Они будут питаться нашей кровью. Нам это будет нравиться.

Круг замкнулся. Сытые трупоеды валяются, до отвала нажравших мертвечины. Тупая биомасса радостно колышется потопая в дерьме, которым питаются копрофаги.

Знамёна зачехлены. Лозунги переписываются.

И чё дальше?

Вот эссе небольшое.

Коряво, на скорую руку не редактировалось.... И без названия.

Улица была длинной и тёмной. По обе стороны улицы выстроились руины 5-этажек старой застройки. Окна во всех зданиях были давно выбиты, дома смотрели на улицу безжизненными и пустыми глазами. Кроны причудливых и покорёженных деревьев, вымахавших до уровня 5 этажа и выше, были неподвижны. Воздух был тёплый и сырой. Было безветренно, на небе не было видно ни единой звёздочки, небо было тёмным слегка отдавая свинцом, или по крайней мере, так казалось. Ощущение тревоги не покидало и заставляло учащённо биться сердце, отдавало лёгкой пульсацией в висках и заставляло ускорять шаг. «Вечные» фонари, которые непонятным образом сохранились в этом забытом и заброшенном городе, освещали улицу не полностью, и от этого было довольно неприятное ощущение временной слепоты при переходе из освещённой части улицы в тёмную, глаза не успевали быстро адаптироваться. Чувство было неприятное, усиливало тревогу и подталкивало спешить к следующему освещённому островку.
Звуки шагов по мостовой, гулко раздавались в полной ночной тишине. Тишина была такая, что её можно было ощутить физически, она окутывала, давила. Сознание, стараясь перехитрить тишину, создавало иллюзию лёгкого звона в ушах.
До следующего освещённого участка было довольно приличное расстояние, метров шестьдесят, на участке не горело четыре, а то и пять фонарей. Переход от света к темноте опять произошел с наплывом неприятного ощущения временной слепоты.
Когда глаза адаптировались к темноте, появилось смутное, будоражащее ощущение - что-то изменилось. Освещённый участок улицы был впереди, до него осталось метров сорок, он был спасительным маячок указывающим на относительно безопасный островок в окружающей, кромешной темноте. Новое, смутное и неопределённое ощущение заставило мобилизовать рецепторы всех 5 чувств, с целью определить, что же произошло. Первым откликнулся слух. Шаги в темноте стали раздаваться не так звонко, тишина стала ещё ощутимей, появилось новое чувство неприятной ломкой боли в затылочной части, как от изменения давления перед грозой.
Однако изменилось не только это ….. Стало труднее передвигаться. Мозг отдавал чёткий приказ ногам двигаться, но происходило это с большим усилием, как будто, нарушились какие-то связи в организме, произошли изменения как на физическом, так  и на биологическом уровне.
Глаза, выискивая источник потенциальной опасности, обратили внимание на дома и деревья.
Казалось, они стали ниже.
Дома оставались безжизненными, с пустыми глазницами окон. Однако смятение вызывало не это. Деревья и здания теперь выглядели плоскими и карикатурными, как будто их заменили театральными декорациями, в темноте угадывались только их силуэты.
Двигаться стало почти невозможно, до спасительного, освещённого островка, оставалось каких-то 10 шагов. Ноги отказывались передвигаться, становилось трудно дышать.
Зрение отметило ещё один факт, круг света впереди стал резко очерченным, как это часто получается у неумелых художников, пытающихся передать переход тени и света.
Мир вокруг стал похож на мир нарисованный неумелым художником, при этом художник  использовал только 2 цвета - чёрный и белый, да ещё несколько оттенков серого.
Оттенки серого??
Да они появились... Серым, самую малость, стало небо. Брусчатка, которой была вымощена улица, стала похожа на чёрно-белый линолеум, на котором схематически были нарисованы бруски мостовой.
Звуков, которых и так было мало, не стало вовсе.
В следующий момент началось движение. Собственно даже не движение….. Дома, деревья, всё вокруг стало уменьшаться. Сначала медленно, потом всё быстрее и быстрее.
Тревоги уже не было. Было только беспомощное чувство, неизбежности происходящего. Оставалось только одно - безучастно наблюдать за изменениями, которые происходят вокруг. Деревья, дома, становились всё меньше и меньше….. Взгляд скользнул поверх них. За домами простиралась чёрная плоскость, которая упиралась в сереющий горизонт. Небо, принимало всё явственней серый, равномерный цвет. Брусчатка под ногами тоже изменяла цвет, постепенно становясь чёрной. Сколько это продолжалось сознание не отметило, но через определённый промежуток времени не осталось ничего...
Вокруг была равномерная чёрная равнина и купол свинцово-серого неба. Небо ли это было? Равномерность цвета, без оттенков, без признаков облаков, поражала.
Следующим событием, которое отметили чувства, было то, что пропало ощущение тела. Оно было, зрение это подтверждало, но пропало ощущение рук, ног. Мысль металась в поисках ответа, мозг пытался реанимировать возможность управлять телом. Тщетно...
Что-то, щёлкнуло. Этот щелчок шёл не извне, он родился прямо в глубине сознания, метавшегося в поисках разгадки происходящего. Теперь сознание как бы видело тело со стороны. Тело стало уменьшаться!!! Сначала до размеров карлика, потом до размера детской куклы. В конце, концов оно превратилось в точку, а затем исчезло вовсе.
В мире осталось только чёрная пустыня, серое небо и сознание, висящее посередине этой пустыни. Странно было то, что каким-то непостижимым образом, но ощущение цвета пока сохранялось.
Прошло некоторое время.
Сколько?
Пропало ощущение времени.
Да и что такое время?
Временные промежутки между событиями?
Материально ли время или это условная физическая величина?
В какой то момент стало ясно, что ответить на эти вопросы невозможно, просто-напросто от того, что всякое знание о времени отсутствует.
Неожиданно сознание отметило то, что чёрная пустыня стала сереть, а небо стало приобретать более светлый оттенок серого. Пустыня и горизонт стали приобретать одинаковый цвет!

Пропало чувство расстояния……
И вот вокруг простиралась нечто сливающееся в единый светло-серый цвет.
Светло-серый?
Цвет?
Сознание отказывалось реагировать на эти слова. Стёрлось понятие цвета. Наиболее правильным ответом на вопрос о том, что простирается вокруг, откуда -то из глубин, всплыло слово "Ничто", но сознание с трудом могло представить себе, что это. Странно, но становилось всё сложнее подбирать определения. В хаосе непонятных слов и понятии становилось трудно разобраться. Многие понятия казались чуждыми, слова непонятными.
Слова? Что такое "слово"?
Звук?
Что такое "звук"?
Понятий и ощущений, которым сознание могло найти объяснение, становилось всё меньше и меньше.
Мысли становились всё короче, сознание мельчало, становилось прозрачным, угасало и сливалось с окружавшим его "Ничем".
В конце, концов осталось "Место, где нет Ничего"...
Есть только отсутствие Всего. Нет времени. Нет расстояний. Нет цвета. Нет запахов.
Есть только Великое Ничто, где властвует Её величество Вечность.

Пока непонятно..... Но жизнь - г***о....